11 августа

Сергей Шнуров: «Испытываю ностальгию по гримерке „Ленинграда“»

Сергей Шнуров сменил не только группу, но и сценический образ...

«Приглашенная звезда» открывал проект «муз-ТТ» Пермского академического «Театра-Театра», согласно которому симфоническую музыку на месяц должны заменить современные ритмы. «На открытии мне довелось присутствовать впервые. Обычно мы все закрываем. Лиха беда — начало. Может, у вас все и получится», — сходу заявил Шнуров.

Шнуров вышел к аудитории в стильно-черный конференц-зал Театра «Молот». «У вас курить можно? Я в стаканчик, я в стаканчик... обожаю курить...» Интонации его были по-интеллигентски обходительны. Смачно закурил... Шнуров, с густой ухоженной шевелюрой, приятным, абсолютно лишенным «звездного» снобизма выражением лица, мягкими манерами, буквально шокировал. Как-то не вязался с образом отъявленного матершинника в рваных кедах, «вечно пьяного раздолбая», которым он предстал в своем воплощении в группе «Ленинград». На едкие вопросы журналистов отвечал с юмором, без накала.
Сергей Шнуров сменил не только группу, но и сценический образ...

«Приглашенная звезда» открывал проект «муз-ТТ» Пермского академического «Театра-Театра», согласно которому симфоническую музыку на месяц должны заменить современные ритмы. «На открытии мне довелось присутствовать впервые. Обычно мы все закрываем. Лиха беда — начало. Может, у вас все и получится», — сходу заявил Шнуров.

— Сколько дней Вы уже в Перми?
— Говорят, что второй.

— Чем Пермь отличается от других городов, в которых Вы были с гастролями?
— За два дня у меня не возникает никакого представления о городе. Селишься в гостиницу, играешь концерт, надеешься улететь. Я не делаю поверхностных выводов.

— Не могли бы Вы рассказать о себе — количество браков, детей, семейное положение на данный момент?
— Мне кажется на вопрос «сколько у вас детей» не в состоянии ответить никто. Я знаю, что они все мои... Этого достаточно. Учтенных двое.

— А Ваше семейное положение?
— Мое семейное положение... Я в положении, да.

— То есть сейчас Вы заняты?
— Я всегда свободен...

— В чем основное отличие творчества группы «Ленинград» от группы «Рубль»?
— Отличия я неоднократно называл. В «Ленинграде» пел лысый, в «Рубле» — волосатый. В группе «Рубль» нет духовых. Если группа «Ленинград» выступала в стиле «нео-турбо-шансон», то группа «Рубль» — в стиле «фитнесс-рок».

— Какую музыку слушаете в автомобиле? Свою?
— Нет, свою не слушаю. Группу «Кино», Джимми Хендрикса, американский шансон.

— В песню «Я свободен» вы вкладывали какой-то политический подтекст? Сейчас она стала фактически гимном оппозиции...
— Мне казалось, тогда он был. Тогда вышла известная статья о кризисе и либерализме, и было ощущение, что мы прошли какой-то поворотный этап скорее даже не в политической, а в журналистской деятельности. Было ощущение, что период свободомыслия прошел.

— К Вам прикрепился имидж вечно пьяного раздолбая... Вы и в самом деле любите пить? Как выдерживает печень необходимость поддерживать этот образ?
— Я ненавижу пить. С трудом себя заставляю.

— Несколько лет назад Вы были в Перми, и тогда как раз производили впечатление, соответствующее раскрученному, «пьющему», образу. Сейчас Вы выглядите совершенно иначе. Что произошло за 7 лет?
— Многое произошло. Если откинуть семь лет... Тогда мне было тридцать. В двадцать лет я мог выпить больше, чем в 30. А в 37 могу выпить еще меньше, чем в 30... Я стал пить в узком кругу друзей. Это стало каким-то более интимным событием в моей жизни. Я дорожу этими флюидами, которые исходят от меня и от моих пьяных собутыльников и не хочу ими ни с кем делиться...

— Как отдыхаете?
— Дело в том, что я не работаю, потому и не отдыхаю. На самом деле, по жизни я не сильно себя заставляю что-либо делать...

— Какой Вы отец? Что хотите передать своим детям?
— Что бы я не сказал — что я самый лучший, чуткий и отзывчивый отец, или что я вечно-пьяный, злой и ненавидящий детей отец — все будет неправдой. А то, что я хочу передать своим детям... Это я обязательно им передам.

— Что скажете о современном театре?
— Я стану ходить в театр, когда там станет можно курить. -

— Что происходит сейчас на питерской рок-сцене и кого из российских музыкантов вы можете назвать сегодня лучшими, и продолжающими рок-традиции?
— Есть Леня Федоров, есть еще люди, которые играют живую музыку, которую я могу слушать... Но появляется и много коллективов, играющих в одном темпоритме — туц-туц-туц... Это мне уже не интересно. А что происходит в Петербурге на музыкальной сцене? Даже не знаю... Я не слежу за молодежью. Мне кажется, есть соответствующие органы, которые должны за ней следить.

— Года два назад вы были признаны лучшим композитором ТВ. Сейчас каковы ваши успехи на этом поприще?
— Сейчас я по-прежнему лучший композитор.

— Поступают предложения сниматься в кино?
— Да. Уже второй или третий год подряд на «Кинотавре» идет 2-3 фильма с моим участием в той или иной роли, например композитора. Снимаюсь часто...

— Был «Ленинград», есть «Рубль»... Что будет дальше?
— Я не знаю, что будет дальше, но с определенного момента я стал испытывать ностальгию по коллективу «Ленинград». Даже не столько по выступлениям, сколько по атмосфере в гримерке. Этого стало не то, чтобы сильно не хватать, но я чувствую, что «уже можно»... Назовем это культурологическим понятием «Мега-Ахуй». Этот «Мега-Ахуй» зреет во мне.

Наталья Стерледева, специально для Инфомир, 10 августа 2010 г.

Назад